Тихое, тёплое место

... вы входите в небольшую комнату. Прямо перед вами - стол, на столе горит свеча, освещая неровным светом разбросанные в беспорядке на столе бумаги. На этом бумажном хаосе лежит книга, раскрытая на последней странице. В комнате тепло и уютно. Удобный стул, стоящий перед столом так и манит присесть. И почему-то вы решили поддаться, сели и начали читать...
Андрей Сербовец

Никто не забыт, ничто не забыто



By  Andrey Serbovets     21:31    Labels:,, 
Одно время, мой хороший друг Сашка "Сандро" Нелипа вёл блог, куда вписывал всяческие эпические рассказы. Судя по тому, что RSS не выгребаются, блог загнулся. Потому, дабы не потерять в пучине истории один его интересный рассказик, опубликую его здесь. Надеюсь, он поймёт правильно :)
Единственное, что было сделано мной в этом рассказе - лёгкая правка грамматических и стилистических ошибок. Иногда - переформулировал предложения, т.к. по моему скромному мнению, несколько не звучали. Итак:

Нелипа А.В.

Наёмники

Предисловие

Выглядел он и вправду потешно: на спине – круглый щит, на ремне висят два полутораручных топора, слева в ножнах – меч-бастард, в руках – двуручный обоюдоострый топор. Ламеллярный панцирь и рифленый шлем довершали картину.
- Не тяжеловато?
- Гляди – рухнешь!
- Ну куда напялил-то на себя столько?
- Ишь ты – воин…
Он шёл вдоль строя, тяжело ступая, явно перегруженный, неповоротливый. Шел к центру, к своему отряду (всего, кстати, человек пятнадцать). В этом бою им придется тяжело. Они – ударный отряд, их фактически послали на смерть. В этот раз они взяли всю сумму вперед…
Сам отряд был довольно разношерстным. Четверо, когда-то пленных, монголов, пять человек русичей, француз, двое немцев, парень с девкой – итальянцы. Командир же - тоже не первый год был в отряде, грохнул в прошлом году предыдущего вожака за нечестный передел денег. Топор, между прочим, у него и забрал. Отряд был хороший, слаженно бились, умело, яростно, в общем - они с лихвой отрабатывали потраченные на них деньги...

Атака

В бой наемники все же ринулись первыми. Но не в лобовую атаку, как предполагалось, а с фланга. Говоря по чести, войнушка-то плевая была, так – междоусобица двух мелких князьков. На поле было не больше трех сотен, с обеих сторон. Только вот «наша» армия была по сравнению с вражеской вдвое меньше…
Как только четвертая шеренга вражьего строя перешагнула край оврага, отряд с диким ревом понесся на противника. Врубившись в правый фланговый ряд, они сразу поломали строй противника, внесли требовавшуюся неразбериху. Различия манер и техник боя разных наций, огромный разброс типов оружия в одном отряде давало наемникам огромное преимущество – их просто невозможно было предугадать.
Ох, как они бились... Это нужно было видеть…

Славянин-секирщик

Колонтарь был тяжел, но давал воину гибкость и дополнительную массу для мощного удара.Он бежал в бой без замаха, просто держа перед собой топор.
Тычок в лицо сбил с ног одного врага, того, что был чуть левее. Того, что справа настиг удар в шею сбоку. Уже после этого он добил лежавшего.Уклонившись от косого удара мечом, он нанес несколько сильных ударов в щит нападавшего, пробил защиту в двух местах, вмял умбон и сломал врагу руку. Противник взвыл от боли и упал на колени. Оттолкнув его ногой, секирщик врубил топор противнику в голову прямо сквозь шлем. Оружие пришлось оставить там – в атаку уже бежал следующий… смертник.
Отступая и уворачиваясь от ударов, секирщик потянул из ножен полутораручный меч-бастард, такой же, как у командира наемников. Несколько блоков, и вот он – любимый прием: «двойной темп». Секирщик направил острие меча в живот врага и пугнул его полууколом, подшагивая ближе. Противник сделал взмах, защищаясь от удара и полностью «открылся» на мгновение. Тут-то, уже на втором шаге, славянин-наемник с силой выбросил вперед меч и нанизал противника, подходя ближе и наваливаясь на меч всем телом, чтобы проколоть броню. Враг закашлял с кровью и обмяк на лезвии меча.
Секирщик никогда не входил в раж. Каждый удар был выверен, каждое убийство скрупулезно просчитано. Все – за доли секунд. Это была его работа. И он делал ее чертовски хорошо.

Француз-латник

Француз начал атаку метра за четыре до вражеского строя. Рубанув двуручным мечем наискосок воздух перед собой, чуть подпрыгнул, поворачиваясь через спину, и на следующий шаг повторил прием. Потом еще раз и еще… «Мельница», этот прием он один из всего отряда правильно выполнял. На четвертом круге под меч, уже набравший большую скорость и мощь, попал противник. Солдат с разрубленной головой рухнул к ногам французского латника. Наемник чуть присел, поворачиваясь вбок за мечем. Двое бегущих на него лишились голов одним взмахом огромного оружия. Наемник повернул и выпрямил ноги, затем развернулся в сторону нападавших его торс… последней полукруг вслед за всем телом описала рука с мечем. Две головы покатились по траве, два тела рухнули ничком.
Так француз скручивался, словно пружина, защищаясь, и уничтожал одного противника за другим мощными стремительными атаками. Защищая голову, он «выстреливал» все тело вверх, аж приподнимаясь на стальные носки сапог, после чего обрушивался, совершенно расслабившись, на врага с сокрушительным ударом.
Француз совершенно не замечал времени, убивая на поле боя. В счет свой техники он меньше остальных уставал. И, к тому же, был фанатиков от войны. Ему нравилось воевать. Это была его суть.

Командир наёмников

Командир отряда был вооружен буквально до зубов. Подбегая к вражьему строю он уже замахивался огромной секирой, раскручивая ее над головой. Неистово вопя он влупил ею первому подвернувшемуся противнику в плече.
Удар тяжелого топора был так силен, что убитого отбросило в сторону, и труп сбил с ног другого бойца. Наемник через полукруг вывел секиру в верхний замах и врубил в грудь упавшего. Сбоку приближался еще один враг. Топор прямо из убитого тела был запущен в его сторону. Наемник сделал полшага назад, вынося топор перед собой наискосок снизу-вверх. Широкое лезвие вонзилось противнику под руку да там и застряло, чуть не вывихнув кисть бойцу, падая вместе с убитым врагом. Правую рукавицу сорвало с руки.
Но продыху-то не давали.
В атаку несутся еще двое из дальнего ряда. Наемник снял вторую рукавицу, выжидая нужный момент для безоружной защиты. И вот, когда меч первого нападавшего уже летел на него – опустился на одно колено, повернувшись - подставляя щит на спине. В этот момент русич снял с пояса два полуторных топора. Поднимаясь, он сделал шаг вбок, одновременно поворачиваясь. Сабля второго воина прошла мимо, а сам атакующий получил удар под лопатку левым топором и упал. Правым топором наемник нанес удар, по той же траектории, второму нападавшему. И снес ему челюсть. И тут же понесся вперед, тяжело ступая по убитым – даже хруст ребер послышался.
Правый топор командир метнул в спину первому попавшемуся врагу.К этому моменту наемники уже «выгрызли» во вражеском строе солидную брешь. Еще одного противника он сбил с ног с налета и стал бить топором, прорубывая броню и оставляя в теле врага глубокие раны.
На лицо командира неприятно было смотреть в бою. Он ругался и кричал непереставая. Умалишенный…
Но вот он, войдя в раж, споткнулся о труп и упал на колени. А во вражьем строю тоже не дураки стояли. Упавших добивали тут же…

Русич-щитовик

Невысокий, худощавый парень дожидался врага в густом кустарнике посреди поля. Маскировался он хорошо. Иногда даже «свои» не могли точно сказать, где именно он окопался, что уж говорить о ничего не подозревающем противнике. Когда завязался бой, парень оказался почти в центре вражеского построения. Вооружен он был без изысков – щит и одноручная сабля.Свою задачу щитовик знал очень четко: он – поддержка. Потому несколько минут бой шел без его участия. Наемник этого не любил, но задача его была важна, а потому противился он вяло.
В этот раз ему не пришлось дожидаться команды к выходу в бой. Представилась возможность выполнить свое предназначение. Через несколько минут после начала боя, командир полез на рожон и чуть не напоролся на меч. Когда на споткнувшегося и упавшего на колено командира наемников уже летел вражеский меч, щитовик сшиб с места атакующего, налетев сбоку. Повалил его ударом щита и уже на земле зарубил.
А дальше – раздолье.
Щитовик чередовал удары кромкой щита и саблей, отметал подошедших слишком близко противников плоскостью щита и добивал на разворотах. В один из таких моментов, поворачиваясь от добитого врага, он еле успел подсесть и прикрыться щитом – озверевший воин с пикой был уже в нескольких шагах. Пика соскользнула со щита и воткнулась в землю за спиной наемника. Пролетавшего по дуге врага он подбил щитом вбок, поднимаясь. Следующего – сшиб на землю ударом кромки щита в лицо, чуть сбоку, повалив его под ноги бьющемуся рядом товарищу.
Бой продолжался.

Француз-латник

Только вот в этот раз наемникам не свезло – поздно княжий полк пошел в атаку.
Как и другие наемники, француз, со временем, оставил тяжелый двуручный меч и продолжил биться коротким подобием фальчиона, что висел у него на поясе все время. Противник понял, что легким оружием латника не взять, и вот на француза вышли четыре щитовика. Три булавы и кистень…Прикрываясь от мощных ударов щитами, они постепенно взяли наемника в кольцо. Удар кистенем сзади осадил бойца. Ту же сбоку в висок ударил булава и чуть развернула его. Еще один удар кистенем, уже сверху, пришелся одновременно со второй булавой – в другой висок. Француз упал на «четыре точки», выронил оружие. Попытался подняться, но град тяжелых ударов посыпался на голову и спину. Он закричал, яростно сопротивляясь падению. Перед глазами стала кровавая пелена, в ушах звенело. Его вырвало прямо в шлем, когда не выдержав, он рухнул пластом на взрыхленную боем землю. Дышать становилось все тяжелее – давил вмятый доспех. Давил все сильнее – удары не прекращались. Но он уже этого толком и не чувствовал. Ему не пошевелиться. Хрустят переломанные кости, лицо заливает кровь.
Остатки сознания вскоре покинули его.

Командир наёмников

Командира наемников кто-то сзади схватил за щит и с силой потянул на себя. Вторая пара рук схватила шлем за обод на затылке и и стащита с головы вперед, поранив наемнику лицо полумаской. Воинам показалось искаженное яростью отчаянием окровавленное лицо. Меч наемник уронил. Но сумел резко развернуться и сбросить со спины врага. И тут же бросился к тому, что стянул с него шлем. Схватив противника одной рукой за шею, стал луить его кулаком в лицо. После нескольких ударов сорвал с него открытый шишак и пнул ногой в пах. Согнувшегося от боли противника он забил острием шишака.Но тут в бок ему вонзилась стрела наемник взвыл от боли и, спотыкаясь, рванул в сторону стрелка, на развороте запуская в него шлемом. Вторая стрела пробила воину грудь. Еще две разом- живот и шею. Он упал.
Трудно описать чудесный букет ощущений, посетивших наемника, когда коснувшись земли, стрелы стали проталкиваться глубже в тело, ломаться. Та, что попала в шею, прошла насквозь. Остальные сломались, разворачивая раны. Алая кровь бойца орошала зеленую траву, но ни подняться ни даже ползти сил не было. Он лежал, истекал кровью, и вяло тянул руку в сторону стрелков, умирая в молчаливом отчаянии…

Русичи, щитовик и секирщик.

Секирщик самую малость не успел на выручку командиру – налетел с ударом на лучников в тот самый момент, когда сорвались с луков две последние стрелы. Меч-бастард сверкал в лучах летнего солнца, разметая в стороны капли крови и рваные клочки кольчуг с мясом. Только когда к его ногам упала судорожно сжимающая стрелу, рука последнего лучника, наемник остановился, перевел дух.
В поле зрения попал молодой щитовик, несущийся к телу командира. Секирщик подбежал, поднял парня с колен. тот вдруг перестал всхлипывать и мычать и указал саблей на четверых щитовиков, молотивших булавами латника.
Не сговариваясь, русичи рванули к ним. Навалившись сзади, сразу зарубили двоих. Один из них, падая, пытался зацепиться за щит наемника. Пока парень добивал и освобождался от навязчивого противника, к нему подскочил еще один – с кистенем в боковом замахе. Разогнувшись, наемник схлопотал удар тяжелой стальной болванкой на цепи по лицу, который вырвал ему челюсть. Короткая ярко-красная вспышка перед глазами, ком в горле, страшная боль… все это длилось не дольше мгновения. Наемник рухнул рядом с убитым врагом, теряя от боли и ужаса рассудок.
А-а-а-а!!! – с хриплым воплем наемник в колонтаре ударил бойца с кистенем в шею мечем и срубил тому голову.Одной рукой он держал за волосы раненого брыкающегося щитовика с булавой, последнего из четверых. С шагом назад и небольшим поворотом, он вбил лезвие меча в пах врагу, разрубывая и низ живота – пусть помучается, собака!Наемник склонился над телом латника, потом на четвереньках подполз к убитому щитовику. Из-под шлема у того вытекает кровь, настоящий ручей крови.
«Мать его!..» - сравыющимся голосом выкрикнул наемник, чуть не навзрыд.
Казалось, битва уже его не касается и обходит стороной.
Но только казалось.
Живот пробила длинная пика. Пробила насквозь, показав рожон наконечника из спины. Изо рта полилась кровь. Вырвался сдавленный прерывистый кашель. Мысли просто вылетели из головы. Быстро и легко. Только боль пронзает все тело. Он опустил голову на грудь, будто смотрел на рану. Да так и замер, сидя на коленях…
Темнеет…

Эпилог

Хотя, конечно же, все это неправда...

About Andrey Serbovets

Переводчик и фотограф-любитель из цертральной Украины.

Комментариев нет:

Отправить комментарий